"Я рос, ну, по сути дела, в деревне — город Ногинск, бывший Богородск. За восстановление имени Богородск я сейчас активно работаю с Московской областью, с моим другом Андреем Юрьевичем Воробьевым. Там уже есть отдельные топонимические изменения, но вот сам город пока ещё остается Ногинском", — отметил министр.
Идея, озвученная главой МИД, имеет фундаментально важное значение, говорит эксперт Института Царьград, член Межсоборного присутствия Русской Православной Церкви Михаил Тюренков.
"Этот прекрасный подмосковный город не должен носить имя большевика, агитировавшего против Русской Императорской армии в разгар Великой (Первой мировой) войны и прямо призывавшего к распаду Российской Империи. Мы свыклись с тем, что наши улицы и станции носят имена революционеров, а то и прямых террористов вроде эсера-бомбиста Каляева или организатора красного террора Урицкого. Находясь в русской глубинке, в наших исторических городах, становится откровенно не по себе, когда сворачиваешь, скажем, "с Энгельса на Либкнехта", — указывает он.
Если вдуматься, эта топонимика кровавых убийц — прямая угроза нашей духовной безопасности.
"То, какие имена мы практически ежедневно произносим и пишем, вызывая ли такси, или заполняя анкеты, — это кодировка нашего мышления. Архитектура смыслов, во многом формирующая и образ будущего. Именно поэтому революционно-террористической топонимике не место на русской земле. Пора очистить карту России и вернуть нашим городам и улицам их исконные (а в случае новых городов и улиц — нейтральные или подлинно героические) имена. Включая замечательное богородичное имя, подменённое нелепым и откровенно вредительским "Ногинском", — резюмирует Тюренков.